Должен ли любительский театр соблюдать закон об авторском праве?

27.05.2013

27 05 13

 

Отвечает Валентин Красногоров, председатель Гильдии драматургов Санкт-Петербурга

В нашей стране существуют тысячи любительских, народных, студенческих, школьных, учебных и иных театров, студий и групп, и число их, к счастью, неуклонно растет. Иногда эти коллективы формируются только для постановки одного спектакля, иногда они устойчиво процветают многие годы, участвуют в фестивалях, получают призы и награды. Любительские театры воспитывают в участниках и зрителях уважение и тягу к литературе, театру, искусству. Во многих небольших городах и поселках они нередко являются единственными очагами театральной жизни, почему и, безусловно, заслуживают всяческой поддержки и поощрения.

При всем том любительский театр, как и всякий театр, должен соблюдать авторское право. Что эта простая истина не известна любительским кружкам и их руководителям – неудивительно. Весьма слабым понятием об авторском праве обладают и те, кто обязан его знать хотя бы по должности: директора домов культуры и клубов, организаторы фестивалей, работники Союза театральных деятелей и другие. Это тоже неудивительно: в течение десятилетий у нас относились к интеллектуальной собственности, как к ничьей, и в ее присвоении не видят ничего зазорного. По этой причине любители почти никогда не сообщают драматургу о своем намерении поставить его пьесу (и тем более не спрашивают у него разрешение), не ставят его в известность о состоявшейся постановке, не сообщают об ее результатах. Между тем, очевидно, что драматург имеет право знать, кем и как был поставлен спектакль, кто исполнял роли, имела ли пьеса успех и каковы отзывы на ее постановку или ее успехи на фестивалях. Все это содержится в афише, программке, фотографиях и рецензиях, которые никогда не посылаются автору. Более того: подражая своим профессиональным собратьям, режиссеры-любители смело кромсают пьесу, сокращают ее или дополняют, меняют название, а порой и вовсе забывают упомянуть имя автора. Любители (как и профессионалы) не ведают, что «при издании, публичном исполнении или ином использовании произведения воспрещается без согласия автора вносить какие бы то ни было изменения, как в само произведение, так и в его название и в обозначение имени автора» (ст.1266 Гражданского кодекса РФ).

Но, может быть, авторское право и запрещение ставить пьесы без разрешения автора распространяется только на профессиональные театры? Ничего подобного. В Постановлении Правительства РФ от 21 марта 1994 г. №218 говорится (п. 26), что “все пользователи произведений обязаны получить от авторов или их правопреемников разрешение на использование произведений”.

Если автор, узнав случайно о постановке, напоминает любительскому театру о своих правах, обычной реакцией (если та вообще имеет место, часто любители не отвечают) является крайнее удивление: о каком праве может идти речь, если они любители? Они ведь не получают зарплаты, занимаются театром лишь из любви к искусству. Кроме того, они существуют на одном энтузиазме, и претензии автора вызывают еще и возмущение: жадный автор хочет нажиться на бедных любителях.

Однако зарплата актеров или ее отсутствие никакого отношения к авторскому праву не имеют, бедность театров тоже к делу не относится: безденежность не оправдывает ведь кражу в магазине. Точно так же не оправдывает она и кражу интеллектуальной собственности. Да еще неизвестно, кто беднее – участники самодеятельности или драматурги, большинство которых не могут обеспечить себя литературным трудом. И совсем непонятно, почему бедность служит оправданием искажения пьесы, изменения ее названия, и чем она препятствует установлению контакта с автором. Электронное письмо денег не стоит.

Подчас любительские театры дают спектакли бесплатно и потому считают себя свободными от каких-либо обязательств по отношению к автору. Но и это – обычное заблуждение. В том же Постановлении № 218 дается разъяснение, п.20:

«… плательщиками авторского вознаграждения за публичное исполнение произведений являются юридические и физические лица, осуществляющие или организующие публичное исполнение произведений: театры (в том числе театры-студии, любительские самодеятельные театры)… и далее в п.21:

«…авторское вознаграждение за публичное исполнение произведений начисляется во всех случаях, как при платном, так и при бесплатном для зрителей (слушателей) входе».

Авторское право отнюдь не сводится к вопросу о деньгах. Напротив, обычно драматург не стремится извлечь материальную выгоду из любительской постановки его пьесы. Однако из этого вовсе не следует, что та может быть осуществлена без его спроса. Она может быть для него приятна, но и по ряду причин может оказаться нежелательной. В любом случае каждое публичное исполнение произведения, платное или бесплатное, может быть совершено только с письменного разрешения автора. А иногда права на пьесу принадлежат не снисходительному автору, а агенту, который полностью распоряжается ею в своих интересах (не творческих или сентиментальных, а чисто коммерческих). В таком случае несанкционированная постановка может стоить ее авторам крупных неприятностей, и автор будет бессилен что-либо изменить, даже если он от всей души хочет помочь нарушившей закон студии.

Повторю: в отношениях с любителями драматургу важна, прежде всего, творческая составляющая. Он имеет право знать, кто и почему хочет играть его пьесу, кто будет ее зрителями, сколько их будет, как они отнесутся к его произведению, не будет ли пьеса искажена при постановке, как выглядит афиша спектакля и т.д.

Факты из собственного опыта. Только за прошедший 2012 год мои пьесы были сыграны примерно в 50 самодеятельных театрах и коллективах. Лишь совсем немногие из них (в основном зарубежные, где это считают само собой разумеющимся) спросили у автора разрешения на постановку. Обычно же информацию о сыгранных спектаклях доносят случай и Интернет. Возможно, за это время в разных городах прошли еще какие-то несанкционированные исполнения, о которых я ничего не знаю. Напротив, зарубежные любительские театры, например, в Австралии, США, Болгарии, Гонконге, Эстонии за редким исключением, не ставят мои пьесы без разрешения.

Ни с одной самодеятельной труппы, попросившей у меня разрешения, я никогда не требовал какого-либо вознаграждения и не собираюсь этого делать впредь. Но не хочется мириться с вольностями любителей.

Типичный пример. Некий самодеятельный театр в Ревде, Свердловской области, поставил недавно мою пьесу и, кажется, сделал это неплохо. Во всяком случае, получил поощрительные отзывы на одном из фестивалей. При этом режиссер не указала имя автора, изменила ее название и имена персонажей. Разрешение на постановку не было получено, о спектакле, как и об участии в фестивале, автору не сообщили, фотографии и отзывы не предоставили. Может быть, режиссер не знала, что нарушает закон и подвергает себя риску судебного преследования? Однако она могла бы догадаться, что преступает и элементарные этические принципы, не входя в контакт с автором и распоряжаясь чужой пьесой. Руководители фестиваля, как обычно, тоже не интересуются, получено разрешение автора или нет.

Драматурги понимают, что в основе нарушения гражданского и этического кодекса чаще всего не злая воля любителей, а заурядное правовое невежество, хотя незнание не освобождает от ответственности, и необходимо помочь это невежество преодолеть. РАО здесь может сыграть существенную роль.

Руководителям фестивалей любительских театров, их чаще всего организуют местные отделения СТД и учреждения культуры, хорошо бы предложить не принимать к участию коллективы без подтверждения ими своего права на постановки. Необходимо внести такой пункт в уставы фестивалей. Ведь по духу и букве закона именно их организаторы отвечают за соблюдение авторского права при публичном исполнении произведений.

А пока на всем протяжении России ежедневно и ежечасно идет массовое нарушение закона об авторском праве, и это вызывает беспокойство авторов.